• $ USD 00,00
  • € EUR 00,00

Славянские праздники. Аграфена Купальница


  День Аграфены Купальницы открывал собой цикл празднеств летнего солнцестояния, продолжавшихся до Петрова дня (29 июня/12 июля). Обрядовые действия, происходившие в день Аграфены Купальницы, являлись своеобразной прелюдией к обрядам следовавшего за ним дня Ивана Купалы.

  Аграфена Купальница всегда ассоциируется у славян с открытием купального сезона. И именно поэтому в этот день нашло свое отражение все то, что хоть как-то было связано с водой, купанием и, конечно же, русской баней.

  Русские верили, что в этот день Бог опускает в воду тепло, а Иоанн Креститель очищает водоемы от ведьм, водяных, змей и другой нечисти, оскверняющей их. Кроме того, считалось, что вода в этот день получает от солнца живительную силу, полезную для людей. Крестьяне купались в реках и озерах обнаженными, мылись в банях, обливали друг друга водой из колодцев.

  В этот день снимался запрет на сбор цветов и трав с магическими и лечебными целями. До Аграфены Купальницы этого нельзя было делать, так как, по поверью, на растениях обитали души предков, находившиеся на земле в период между Пасхой и Троицей. В этот день начинали ломать банные веники. Для этого использовали не только ветки березы или дуба, но и других лиственных деревьев: ольхи, черемухи, ивы, липы, смородины, калины, рябины. Считалось, что веники, связанные в этот или в Иванов день, обладают повышенной целительной силой.

  Вечером девушки и парни собирались на берегах рек или озер и устраивали трапезы, главными блюдами которых были каша и яичница; собирали для гадания букеты из 12 трав, находили «иваньковский» цветок иван-да-марья; пели песни:

      Я по цветикам ходила,
      По лазоревым гуляла,
      Цвета алого искала.
      Не нашла цвета алого,
      Супротив мою милого.
      Эх, мой миленький хорош,
      Чернобров, душа, пригож.

  Трапеза заканчивалась общим весельем молодежи, продолжавшимся до самого утра.

  В западных и юго-западных губерниях Европейской России в течение всего дня деревенская молодежь по крестьянским дворам собирала дрова, солому, бочки из-под дегтя для разжигания костра, называвшегося ивановским, купальским, купайлой. Костры устраивали на возвышенных местах по берегам рек, озер, прудов или на перекрестках дорог. Прямо на земле или на деревянном помосте, козлах, втыкали длинную, до 10 – 15 м, жердь с поперечными перекладинами, на верху которой закрепляли колесо (дегтярную бочку или корзину). И колесо, и перекладины обматывали пучками соломы, а затем все это закладывалось дровами и хворостом Каждая деревня старалась сделать свой костер более ярким и более высоким, чем костер соседей. Сигналом к его зажиганию служил заход солнца, а вместе с ним и наступление Ивановой ночи, как считалось, таинственной и полной чудес.

1784